Плазмотерапия лица: эффект, показания и сколько процедур

Ослеплённые дерматологи сравнили щёку с инъекциями собственной плазмы и щёку с физраствором – и разницы не нашли. А сами участницы нашли.

Плазмотерапия лица – это инъекции плазмы, выделенной из крови самого пациента и обогащённой тромбоцитами. Метод работает не как филлер: он ничего не заполняет, а подаёт коже сигнал к обновлению через факторы роста тромбоцитов. Поэтому эффект мягкий, накопительный и заметен в первую очередь на качестве кожи – плотности, тоне, микрорельефе. Ниже разберу, что об этой процедуре говорят исследования, кому она действительно подходит, сколько сеансов нужно и в каких случаях от неё лучше отказаться.

Что такое плазмотерапия лица и как она работает?

Плазмотерапия лица – это внутрикожное введение аутологичной плазмы, то есть плазмы, полученной из крови самого пациента и обогащённой тромбоцитами. Международное название метода – PRP-терапия, от platelet-rich plasma, «плазма, богатая тромбоцитами»; в России ту же процедуру часто продают под торговым названием «Плазмолифтинг». Суть одна: кровь центрифугируют, отделяют фракцию с высокой концентрацией тромбоцитов и вводят её в кожу тонкой иглой.

Тромбоциты интересны косметологу не способностью останавливать кровотечение, а тем, что они несут в своих гранулах факторы роста. При активации тромбоцит выбрасывает их в ткань, и фибробласты – клетки, которые производят коллаген и эластин, – получают сигнал работать активнее. На этом механизме и построено применение плазмы в регенеративной медицине: обзор российских авторов в журнале «Лечащий врач» описывает его как способ запустить собственные восстановительные процессы ткани, а не привнести в неё готовый материал [1].

Отсюда главное практическое следствие, которое я повторяю на каждой консультации. Плазма не даёт объёма. Она не поднимает бровь, не убирает носогубную складку и не заменяет филлер или ботулотоксин. Её мишень – качество кожи: плотность, тон, микрорельеф, скорость заживления. Если запрос звучит как «уберите морщину», плазма будет неправильным инструментом, и разочарование наступит уже после первой процедуры.

За пятнадцать лет практики я видела, как эту процедуру называли то панацеей, то пустышкой. Правда, как обычно, живёт посередине, и она не такая уж плохая новость. Я стараюсь говорить о плазме честно: это не укол молодости, а инструмент восстановления, у которого есть понятные задачи и понятные границы. Эта статья – ровно тот разговор, который я веду с пациенткой перед первой процедурой.

Чем плазмотерапия отличается от плазмолифтинга и PRP?

Ничем по сути. «Плазмолифтинг» – зарегистрированное в России торговое название методики и набора пробирок, PRP – международный англоязычный термин, плазмотерапия – общее название для всей группы процедур с аутологичной плазмой. Пациенты нередко думают, что им предлагают три разные услуги, и сравнивают цены на них как на разные методы.

Разница между конкретными протоколами есть, но она не в названии. Значение имеют три вещи: какие пробирки использует клиника (они должны быть зарегистрированы как медицинское изделие), на каком режиме работает центрифуга и активируют ли плазму перед введением. Именно эти детали определяют, сколько тромбоцитов окажется в итоговом объёме, – и именно о них стоит спрашивать врача, а не о красивом названии на вывеске.

Как проходит процедура: от пробирки до инъекций

Процедура занимает около часа и состоит из пяти шагов. Сначала у пациента берут кровь из вены, обычно от 8 до 20 мл. Пробирку помещают в центрифугу на несколько минут, где кровь разделяется на фракции. Врач отбирает слой плазмы с тромбоцитами, обрабатывает кожу антисептиком и анестетиком, а затем вводит плазму внутрикожно микроинъекциями по зонам. Весь путь крови от вены до кожи занимает примерно 20 минут.

Техника введения зависит от задачи. При работе с общим качеством кожи врач идёт по всей поверхности щёк, лба и подбородка папульной техникой, оставляя маленькие бугорки, которые рассасываются за несколько часов. При работе с периорбитальной зоной инъекции делают поверхностнее и реже, потому что кожа век тонкая и склонна к отёку.

Больно ли это – второй по частоте вопрос после «сколько держится». Ощущения сравнимы с мезотерапией: аппликационный анестетик снимает основную болезненность, но уколы по костным выступам, особенно по скуле и вдоль нижнего края глазницы, чувствуются отчётливее. Процедура переносится легче, когда пациент приходит выспавшимся и не натощак.

Что происходит с кожей после процедуры?

Сразу после сеанса кожа выглядит хуже, чем до него, и это нормальная часть процесса. В рандомизированном исследовании, опубликованном в JAMA Dermatology в 2018 году, покраснение после инъекций плазмы отметили 18 из 19 участников, отёк – 16, синяки – 14 [2]. Через 12 месяцев наблюдения ни одного стойкого нежелательного явления в этом исследовании зафиксировано не было.

По моим наблюдениям, следы от уколов и мелкие синячки сходят за два-три дня, отёк век – за сутки. На этот период стоит планировать жизнь без важных встреч. В первые сутки не рекомендую трогать лицо руками, пользоваться декоративной косметикой и идти в спортзал; баню, сауну и солярий лучше отложить на неделю.

Что показали исследования: чего реально ждать?

Доказательная база у метода неоднородная. Как самостоятельная процедура омоложения плазма изучена слабо: зонтичный обзор в журнале Blood Transfusion за 2024 год собрал 13 систематических обзоров, построенных всего на 28 первичных исследованиях, из которых 18 были без контрольной группы, и признал имеющихся данных недостаточными для твёрдых выводов [3]. При этом в комбинациях с аппаратными методиками эффект выглядит гораздо убедительнее.

Эксперимент, который стоит знать каждому, кто идёт на плазму

В 2012 году дерматологи Северо-Западного университета в Чикаго задумали неудобный эксперимент. К тому моменту плазму уже вовсю кололи по всему миру, но ни одного рандомизированного испытания, которое подтвердило бы её пользу для стареющей кожи, не существовало. Исследователи набрали взрослых пациентов с заметными морщинами на щеках и сделали так, что ни участники, ни оценщики не знали, где что.

Каждому человеку в одну щёку ввели 3 мл плазмы, а в другую – обычный стерильный физраствор. Через две недели, три месяца и полгода два дерматолога, не знавшие распределения, оценивали фотографии по четырём параметрам: тонкие линии, пигментация, шероховатость, тусклость кожи. Результат опубликовали в JAMA Dermatology в 2018 году: по оценкам врачей разницы между стороной с плазмой и стороной с физраствором не было ни по одному параметру [2].

А вот сами участники, которые тоже не знали, какая щека какая, через полгода оценили сторону с плазмой значимо лучше по текстуре и по морщинам. То есть эффект был заметен тому, кто живёт с этим лицом каждый день, и не был заметен эксперту, смотрящему на фотографию. Ограничения у работы серьёзные: проанализированы данные всего 19 человек, процедура была однократной, а ключевые выводы опираются на самооценку. Но именно эта работа объясняет, почему отзывы о плазмотерапии так расходятся с академическими обзорами.

Где эффект подтверждён лучше всего?

Сильнее всего доказательства выглядят там, где плазма работает не вместо другой процедуры, а вместе с ней. Мета-анализ 14 контролируемых исследований с участием 472 пациентов с рубцами постакне показал: добавление плазмы к микронидлингу повышало шанс улучшения более чем на 50% по шкале Гудмана почти втрое по сравнению с одним микронидлингом (отношение шансов 2,97; 95% доверительный интервал 1,96-4,51), а частота выраженных побочных эффектов при этом не росла [4].

Похожая картина с лазером. Мета-анализ в Aesthetic Surgery Journal за 2019 год объединил четыре работы, три из которых были рандомизированными: сочетание фракционного CO2-лазера с плазмой давало клиническое улучшение почти втрое чаще, чем лазер отдельно, а корки после процедуры сходили заметно быстрее [5]. Для пациента это означает не только результат, но и более короткий период восстановления.

Отдельно стоит область вокруг глаз. Систематический обзор с мета-анализом в Archives of Dermatological Research собрал 19 исследований периорбитальной зоны с участием 455 пациентов; объединённый анализ трёх рандомизированных испытаний показал, что удовлетворённость пациентов после плазмы выше, чем в группах контроля [6]. Разброс между исследованиями был высоким, а наблюдение в среднем длилось всего три месяца, поэтому говорить о долгосрочном эффекте эти данные не позволяют.

Чего наука про плазмотерапию пока не знает

Границы знания здесь важнее громких выводов. Во-первых, нет единого стандарта приготовления: концентрация тромбоцитов, скорость центрифугирования и активация различаются от протокола к протоколу, поэтому результаты разных клиник плохо сопоставимы между собой. Во-вторых, почти нет длительных наблюдений: средний срок контроля в обзорах – от одного до шести месяцев, и что происходит с кожей через два года, никто не измерял.

В-третьих, клинических рекомендаций Минздрава России по применению плазмы в эстетической косметологии не существует – в отличие, например, от лечения акне или розацеа. Это не значит, что метод запрещён или опасен: он разрешён как медицинская услуга и выполняется в клинике с медицинской лицензией, по правилам Порядка оказания медицинской помощи по профилю «косметология» (приказ Минздравсоцразвития России № 381н). Но это значит, что единого утверждённого протокола, на который можно сослаться, у врача нет, и схему он подбирает по опыту и по данным исследований.

Кому подходит плазмотерапия лица: показания

Процедура уместна там, где нужно улучшить качество кожи и ускорить её восстановление, а не изменить форму лица. Основные поводы: тусклый неоднородный тон, снижение плотности и упругости, неровный микрорельеф, следы и рубцы после акне, подготовка кожи к аппаратным процедурам и реабилитация после них. Отдельная большая группа – поддержка кожи после агрессивных вмешательств.

Разберу показания подробнее, потому что формулировки в прайсах обычно слишком общие.

• Возрастное снижение плотности кожи. Кожа становится тоньше, рисунок мелких морщин проявляется даже при расслабленной мимике, тон уходит в серый. Это основная аудитория метода.
• Рубцы и постакне. Здесь плазма почти всегда идёт в паре с микронидлингом или лазером, и именно в такой связке её эффект подтверждён лучше всего [4].
• Воспалительные формы акне и розацеа вне обострения. Задача – не лечить воспаление плазмой, а помочь коже восстановиться между курсами основной терапии, которую назначает дерматолог.
• Периорбитальная зона. Тонкая кожа век, мелкая сетка морщин, тусклость под глазами. Доказательная база по этой зоне самая объёмная из всех [6].
• Реабилитация после процедур. После лазера, срединного пилинга или микронидлинга плазма сокращает период корок и покраснения [5].
• Кожа после быстрого снижения веса. Частый запрос именно в нашей клинике: лицо теряет объём, кожа выглядит пустой и вялой. Плазма работает с её качеством, но объём она не вернёт – тут нужны другие инструменты.

Отдельно скажу про ожидания. Плазма хорошо отвечает на запрос «кожа выглядит уставшей» и плохо – на запрос «хочу выглядеть на десять лет моложе». Если задача сформулирована вторым способом, разговор на консультации идёт не о плазме, а о наборе методов и о реалистичном сроке.

Сколько нужно процедур и как часто их делать?

В исследованиях курс чаще всего состоит из трёх процедур с интервалом около трёх недель. Систематический обзор периорбитальной зоны даёт точные цифры: в среднем пациенты получали 3 процедуры, разброс по разным работам – от 1 до 8, а средний интервал между сеансами составил 23 дня, от 14 до 56 дней [6]. На практике косметологи обычно назначают 3-4 сеанса с перерывом 2-4 недели, а затем поддерживающую процедуру.

Почему нельзя уложиться в одну процедуру? Потому что механизм накопительный. Факторы роста запускают синтез коллагена, а новый коллаген созревает неделями, а не часами. Однократная инъекция даёт лёгкое улучшение тона за счёт отёка и микротравмы, но стойкого изменения плотности не даёт – это и показало чикагское исследование с одной процедурой [2].

Интервал тоже выбран не случайно. Слишком частые процедуры не ускоряют результат: кожа всё равно проходит свои фазы восстановления, а лишние инъекции означают только лишние синяки. Слишком редкие теряют эффект наложения, когда каждая следующая процедура работает на фоне уже начавшейся перестройки.

Сезонность обычно переоценивают. Плазма не фотосенсибилизирует кожу, поэтому жёсткого запрета на лето у неё нет, в отличие от срединных пилингов и некоторых лазеров. Единственная практическая оговорка: после процедуры несколько дней не стоит активно загорать, поэтому курс логичнее не начинать прямо перед отпуском.

Когда виден эффект и сколько он держится?

Первые изменения тона и свежести пациенты замечают через 7-10 дней после процедуры, выраженный результат по плотности кожи – после второго-третьего сеанса, то есть примерно через полтора-два месяца от начала курса. Длительность эффекта в исследованиях прослеживается плохо: средний срок наблюдения в обзорах составляет три месяца, максимум шесть [6]. Данных о том, что происходит через год и позже, по сути нет.

Из моей практики складывается следующая картина. После полного курса из трёх процедур заметное изменение текстуры кожи отмечают примерно двое из трёх пациентов, а к концу полугода большинство возвращается за поддерживающей процедурой – то есть субъективно эффект начинает слабеть примерно в этом интервале. Это наблюдение, а не измеренный показатель, и в разговоре с пациенткой я всегда это оговариваю.

Есть и обратная сторона, о которой реклама молчит. Плазма не останавливает старение. Она улучшает текущее состояние кожи, но процессы, из-за которых кожа теряет плотность, продолжаются, и через год кожа будет на год старше, чем сегодня. Поэтому разумная стратегия – не разовый курс «на всякий случай», а регулярная поддержка в сочетании с домашним уходом и защитой от солнца.

Плазма или биоревитализация: что выбрать?

Это два разных инструмента с разными мишенями. Биоревитализация вводит в кожу гиалуроновую кислоту и работает в первую очередь с увлажнённостью: она притягивает воду и даёт быстрый визуальный эффект наполненности. Плазма не увлажняет, а стимулирует собственные клетки, поэтому её результат приходит медленнее, но затрагивает структуру кожи, а не только содержание воды в ней.

Разница видна и по тому, как метод ведёт себя во времени. Гиалуроновая кислота постепенно расщепляется ферментами кожи, и эффект уходит вместе с препаратом. Плазма не остаётся в коже вообще: её задача – запустить процесс, а дальше кожа работает сама, поэтому и результат, и его угасание зависят не от объёма введённого, а от собственных ресурсов ткани.

Параметр	Аутологичная плазма (PRP)	Биоревитализация
Что вводится	плазма собственной крови с тромбоцитами	препарат гиалуроновой кислоты
Основная мишень	плотность, микрорельеф, восстановление	увлажнённость, сияние, тонкие линии
Когда виден результат	через 7-10 дней, нарастает к 2-3 сеансу	в первые дни после процедуры
Риск аллергии на препарат	отсутствует: материал собственный	низкий, но возможен
Доказательная база	ограниченная, сильнее в комбинациях [3][4][5]	объёмнее, метод применяется дольше

Выбор между ними я обычно свожу к одному вопросу: что беспокоит сильнее – сухость и тусклость или дряблость и рыхлость кожи. В первом случае логичнее начать с гиалуроновой кислоты и получить быстрый отклик, во втором – с плазмы и работать на перспективу. Возраст и паспортные данные тут решают меньше, чем исходное состояние кожи.

На практике их чаще не противопоставляют, а чередуют или комбинируют в одном плане. Чем различаются сами препараты гиалуроновой кислоты, мы подробно сравнивали в отдельном материале про Jalupro и Revi, а о том, как вообще устроена биоревитализация и когда она нужна коже, есть базовый разбор на сайте.

Ещё одно частое сравнение – с аппаратными методиками. Плазма и RF-лифтинг не конкуренты: аппарат прогревает дерму и работает с тонусом, плазма поддерживает восстановление после нагрева. Как устроен сам аппаратный лифтинг лица, разобрано в материале про RF-лифтинг лица. А если основной запрос – упругость, а не сияние, стоит начать с понимания того, что такое тургор кожи и от чего он зависит.

Отдельно отмечу: с ботулотоксином и филлерами плазма вообще не пересекается по задачам. Если мимическая морщина на лбу глубокая, её адресуют инъекциям ботулотоксина, а потерю объёма в нижней трети лица – контурной пластике филлерами. Плазму в такой схеме добавляют как фон, улучшающий состояние кожи.

Что я вижу в своей практике

На приёме чаще всего вижу два сценария, и оба заканчиваются разочарованием, если с ними не разобраться заранее. Первый: пациентка приходит с запросом «вернуть сияние» и просит именно плазму, потому что прочитала, что это «натурально». Запрос правильный, метод подходит, но ожидание сжатого срока почти всегда завышено – человек рассчитывает увидеть результат к субботе. Второй сценарий тяжелее: приходят с глубокими заломами и просят плазму вместо филлера, потому что боятся «чужеродного». Здесь я отказываю в процедуре как в решении проблемы и предлагаю честно обсудить другие методы.

Ещё одно наблюдение касается подготовки. Примерно каждая вторая пациентка приходит на процедуру после бессонной ночи, кофе натощак и без воды – и потом удивляется, что синяков больше, чем у соседки. Состояние на момент забора крови влияет на переносимость сильнее, чем кажется. Поэтому у нас в отделении есть короткая памятка на три пункта: выспаться, поесть, выпить воды. Звучит банально, но разница в количестве синяков заметна глазом.

Частые ошибки пациентов

Эти шесть ошибок я вижу чаще остальных. Каждая из них либо снижает результат, либо создаёт у человека ощущение, что метод не работает.

• Останавливаются после первой процедуры. Механизм накопительный, одна инъекция даёт минимум, и именно поэтому однократная процедура в чикагском РКИ не показала разницы с физраствором [2]. Правильно – планировать курс целиком и финансово, и по времени.
• Ждут эффекта филлера. Плазма не заполняет объём. Если задача – носогубная складка или овал, метод выбран неверно, и разочарование неизбежно.
• Идут на процедуру перед важным событием. Синяки и отёк первые два-три дня – норма, а не осложнение. Между процедурой и свадьбой или съёмкой стоит оставить минимум неделю.
• Скрывают приём лекарств. Антиагреганты и антикоагулянты резко увеличивают количество синяков, а некоторые состояния делают процедуру невозможной. Врач должен знать весь список препаратов, включая «безобидные» обезболивающие.
• Выбирают по цене, а не по клинике. Процедура связана с забором и обработкой крови, поэтому она не может выполняться в салоне без медицинской лицензии. Экономия здесь – не на комфорте, а на безопасности.
• Бросают домашний уход. Плазма улучшает состояние кожи, но не заменяет защиту от солнца и базовый уход. Без них результат курса тает быстрее.

Когда плазмотерапия не работает

Есть ситуации, в которых метод предсказуемо не даст того, чего от него ждут. Это не противопоказания: процедуру технически можно сделать, но смысла в ней мало. Разделять эти две категории важно, потому что в прайсах и статьях их постоянно смешивают.

Плазма не работает как решение, когда основная проблема – это не качество кожи, а её избыток или потеря объёма. Выраженный гравитационный птоз, нависающее верхнее веко, глубокие заломы, второй подбородок за счёт жировой ткани – всё это задачи других методов, вплоть до хирургии. Плазма здесь способна улучшить фон, но не изменить картину.

Вторая группа – курильщики и люди в состоянии хронического недосыпа и дефицита питания. Метод опирается на собственные восстановительные ресурсы ткани, и когда эти ресурсы истощены, отдача ниже. Я не отказываю таким пациентам в процедуре, но честно предупреждаю, что ожидать стоит меньшего.

Третья ситуация – запрос «хочу один раз и навсегда». Ни одна процедура не останавливает старение, а по плазме нет даже данных о том, что происходит с кожей через год [3][6]. Если человек не готов к поддерживающему режиму, разумнее обсудить другие варианты.

Кому плазмотерапия лица не подходит и когда нужен врач?

Процедуру не проводят при заболеваниях системы крови, онкологических заболеваниях, острых инфекционных и воспалительных процессах, во время беременности и грудного вскармливания. Отдельная группа – состояния, при которых процедура возможна, но требует осторожности и согласования с лечащим врачом: приём антикоагулянтов и антиагрегантов, аутоиммунные заболевания, декомпенсированный сахарный диабет, активное высыпание герпеса в зоне инъекций.

Эти категории нельзя смешивать, и я на этом настаиваю. Абсолютное противопоказание означает, что процедура не делается вообще. Состояние, требующее осторожности, означает, что решение принимается индивидуально, часто после консультации гематолога, эндокринолога или ревматолога. Фраза «ну у меня же просто аспирин» в этом разговоре не аргумент: антиагрегант меняет свёртываемость, и это влияет и на забор крови, и на выраженность синяков.

Есть и тревожные признаки, при которых разговор идёт уже не о косметологии. К врачу общей практики или гематологу стоит обратиться, если синяки появляются сами по себе без ушибов, если мелкие ранки долго не останавливаются, если беспричинно держится субфебрильная температура или если кожа резко изменилась за несколько недель. Это не про эстетику: за такими симптомами могут стоять нарушения свёртывания и системные заболевания, которые нужно исключить до любых инъекций.

Безопасный следующий шаг выглядит просто: очная консультация врача-косметолога, базовый опрос о сопутствующих болезнях и лекарствах, при необходимости – анализ крови и направление к профильному специалисту. Процедура выполняется только в клинике с медицинской лицензией; у нас она опубликована на отдельной странице сайта, и это нормальная практика, которую стоит проверять в любой клинике.

Как мы работаем с качеством кожи в клинике

В нашей клинике на Варшавской плазмотерапия почти никогда не назначается отдельно от плана. Приём устроен так.

• Осмотр и сбор анамнеза. Врач-косметолог смотрит кожу при хорошем освещении, оценивает плотность, тон, рельеф и состояние периорбитальной зоны, отдельно расспрашивает о хронических болезнях, лекарствах и перенесённых процедурах.
• Обследование по показаниям. При подозрении на нарушения свёртывания, анемию или эндокринные причины ухудшения кожи мы просим принести результаты анализов или направляем к профильному врачу до процедуры, а не после.
• Выбор схемы. Плазма либо идёт курсом как самостоятельный метод при запросе на качество кожи, либо встраивается в связку с микронидлингом, лазером или RF-лифтингом – в комбинациях её эффект подтверждён лучше.
• Сопровождение между сеансами. Между процедурами мы проверяем, как кожа отвечает, и корректируем интервал. Домашний уход и защита от солнца обсуждаются на первом же приёме, потому что без них результат курса держится заметно хуже.

Стоимость процедуры в клинике начинается от 5 000 рублей за сеанс; актуальный прайс и состав услуги есть на странице процедуры. Но на консультации мы всегда считаем курс целиком, а не одну инъекцию: именно курс определяет, будет результат или нет.

Важная деталь про забор крови: мы просим приходить не натощак и не после бессонной ночи. Это не формальность, а условие нормальной переносимости: от состояния на момент забора зависит и самочувствие во время процедуры, и количество синяков после неё.

Главное

Плазмотерапия лица – это инъекции собственной плазмы, обогащённой тромбоцитами, и работает она с качеством кожи, а не с объёмом и не с мимическими морщинами. Доказательная база у метода неоднородная: как самостоятельная процедура омоложения плазма изучена слабо, а в комбинации с микронидлингом или фракционным лазером её эффект подтверждён заметно убедительнее. Курс в исследованиях обычно состоит из трёх процедур с интервалом около трёх недель, а данных о том, что происходит с кожей через год, пока нет. Процедура связана с забором крови, поэтому выполняется только в клинике с медицинской лицензией и после очной консультации врача.

Часто задаваемые вопросы

Источники

1. Кошелева И.В., Шадыжева Л.И., Переверзина Н.О., Кливитская Н.А. Плазмотерапия: методики и области применения. Лечащий врач. 2018;(1). Текст статьи в КиберЛенинке
2. Alam M., Hughart R., Champlain A., и соавт. Effect of Platelet-Rich Plasma Injection for Rejuvenation of Photoaged Facial Skin: A Randomized Clinical Trial (рус. «Влияние инъекций богатой тромбоцитами плазмы на омоложение фотоповреждённой кожи лица: рандомизированное клиническое исследование»). JAMA Dermatol. 2018;154(12):1447-1452. PMID: 30419125
3. Cruciani M., Masiello F., Pati I., и соавт. Platelet rich plasma for facial rejuvenation: an overview of systematic reviews (рус. «Богатая тромбоцитами плазма для омоложения лица: зонтичный обзор систематических обзоров»). Blood Transfus. 2024;22(5):429-439. PMID: 38557322
4. Kang C., Lu D. Combined Effect of Microneedling and Platelet-Rich Plasma for the Treatment of Acne Scars: A Meta-Analysis (рус. «Совместное применение микронидлинга и богатой тромбоцитами плазмы при рубцах постакне: мета-анализ»). Front Med (Lausanne). 2022;8:788754. PMID: 35237616
5. Chang H.C., Sung C.W., Lin M.H. Efficacy of Autologous Platelet-Rich Plasma Combined With Ablative Fractional Carbon Dioxide Laser for Acne Scars: A Systematic Review and Meta-Analysis (рус. «Эффективность аутологичной богатой тромбоцитами плазмы в сочетании с аблятивным фракционным CO2-лазером при рубцах постакне: систематический обзор и мета-анализ»). Aesthet Surg J. 2019;39(7):NP279-NP287. PMID: 30809666
6. Evans A.G., Ivanic M.G., Botros M.A., и соавт. Rejuvenating the periorbital area using platelet-rich plasma: a systematic review and meta-analysis (рус. «Омоложение периорбитальной области богатой тромбоцитами плазмой: систематический обзор и мета-анализ»). Arch Dermatol Res. 2021;313(9):711-727. PMID: 33433716